Перевод текста песни Aphrodite vénéneuse - Paris Violence

Aphrodite Vénéneuse (оригинал)

Eperdue mijaurée parmi les soies garance
Rescapée, dirait-on, du faste des régences
Des orgies succédant aux règnes tyranniques
Le sien n'en est pas moins cruel et excentrique
Curieuse mandragore éclose sur Paris
L'humus le plus généreux en neurasthénies
Elle pompe à présent, en plante carnivore,
Le sang déjà sans vie d'amants à demi morts

Trouble et troublante impératrice
Patronne et mère des sept vices
Elle est douce comme un cantique
Mais ses étreintes sont toxiques

Courtisane effroyable au sourire timide
Transformant les chairs vives en viande livide
Seule, elle accomplit l'œuvre de mille véroles
Et pourtant elle est vénérée comme une idole
Vénérée, vénéneuse, et vénale dit-on
Car pour l'effleurement de ses chers bandeaux blonds
Tout vieux nom du Faubourg hypothèque un hôtel
Heureux de se ruiner pour ruiner sa cervelle

Trouble et troublante souveraine
Elle boit à même les veines
De l'imprudent qui s'est risqué
Dans sa fatale intimité

Le défilé de fiacres devant son portail
Fait penser à une série de funérailles
Car des cent élégants qui sonnent à sa porte
Ne reviennent que des formes molles et mortes
Quel est donc l'art subtil, luxure de géhenne
Dont use dans sa couche la morbide reine
Nul n'en parle jamais, chacun sait seulement
Où il ira finir en délicieux tourments

Trouble et troublante créature
Jaillie des bouges de Suburre
Ou bien d'une cour en délire
Dans un palais du Bas-Empire
Trouble et troublante extrême-onction
Que celle de la consomption
Où l'homme anémié se meurt
Tout en frissonnant de bonheur !

Афродита отравляющая (перевод)

Растерявшаяся шалунья среди мареновых шелков,
Последний, как сказали бы, блеск эпохи регентства.
Оргии, сменившие тиранию царства,
Однако же не стали менее жестокими и эксцентричными.
Эта любопытная мандрагора вылупилась в Париже,
На почве перегноя человеческой неврастении.
И теперь это плотоядное растение сосет
Начавшую остывать кровь полумертвых любовников.

Смутная и волнующая императрица,
Покровительница и мать семи грехов,
Она приятна как песнь,
Но объятия ее ядовиты.

Куртизанка с ужасно робкой улыбкой
Превращает живые тела в мертвенно-бледное мясо,
Выполняя работу тысячи сифилитичек.
И все же, ей поклоняются как идолу.
Высокочтимая, опасная и продажная, так о ней говорят.
Что касается прикосновения к ленте в волосах своей любимой блондинки,
Люди готовы заложить свой отель в предместье,
Чтобы побыть счастливыми, пока она разрушает, разрушает их мозг.

Смутная и волнующая властительница,
Она пьет прямо из вены
Того неосторожного, который отважился
На фатальную близость.

Парад экипажей перед ее апартаментами
Заставляет думать о серии похорон,
Так как сто франтов, которые звонят в дверь,
Возвращаются обмякшими, безжизненными тела.
Что представляет собой тонкое искусство адского сладострастия,
Которым пользуется в своей игре роковая королева,
Никто никогда не говорит; но каждый знает,
Куда он пойдет, чтобы кончить в прекрасных муках.

Смутное и волнующее создание...
Из обшарпанных притонов Субура
В бреду, на суд
При дворце Византийской империи.
Смутное и волнующее соборование,
Что истощает
Обескровленного умирающего человека,
Однако же дрожащего от счастья!