| Я встретил мужчину, такого грустного старика, в баре на набережной
|
| И он спросил меня: «Молодой человек, вам не кажется, что вы зашли слишком далеко?»
|
| «Нет», — сказал я ему. |
| «Нет, у меня гораздо больше жизни, чем я хочу заниматься»
|
| Именно тогда он сказал: «Я знаю, я боялся, как ты»
|
| Я встретил женщину, такую бедную старушку, в гостиничном номере
|
| И она спросила меня: «Молодой человек, не думаешь ли ты, что тебе лучше скорее бежать домой?»
|
| «Нет», — сказал я ей. |
| «Нет, видишь ли, у меня нет карих глаз, чтобы бежать домой»
|
| Именно тогда она сказала: «Я знаю, я боялась, как ты»
|
| Ну, если все знают
|
| Если все увидят, что страх - тяжелая ноша
|
| Тогда они должны знать
|
| Я должен держаться подальше от дороги
|
| И если они не понимают, как мы должны протянуть руку
|
| Тогда все, что я могу сделать, это молиться
|
| Пожалуйста, позвольте мне остаться на дороге
|
| Я встретил человека, прекрасного молодого человека, в сломанной тюрьме
|
| А он мне сказал: «Друг, не бойся жить. |
| Вы знаете, это не имеет значения, если
|
| ты облажался"
|
| Затем он улыбнулся
|
| Он улыбнулся, и я заплакала
|
| Именно тогда он сказал: «О, я знаю, я боялся умереть»
|
| Ну, если все знают
|
| Если все увидят, что страх - тяжелая ноша
|
| Тогда они должны знать
|
| Я должен держаться подальше от дороги
|
| И если они не понимают, как мы попали, мы должны протянуть руку помощи
|
| Все, что я могу сделать, это молиться
|
| Господи, позволь мне остаться на дороге
|
| Ну, если все знают
|
| Если все видят этот страх, страх — это тяжелая ноша
|
| Тогда вы должны знать
|
| Я должен, я должен держаться подальше от дороги
|
| И если вы не понимаете, как мы попали, мы должны протянуть руку помощи
|
| Тогда все, что я могу сделать, это молиться
|
| Пожалуйста, позвольте мне остаться на дороге |