Перевод текста песни Lovely Thing Suite: Conversations - Watsky

Lovely Thing Suite: Conversations (оригинал)

[Verse 1:]
I remember vividly
My tears dropping on the grey carpet on the top step
Pop's giving me his best guess
Me confessing the burning question stressing and concerning me
And turning me into a wet mess
It's probably nothing, I get it, I'm aware
I know it's probably stupid to be scared
But these days are flying past us and nobody seems to care
It's like we're sprinting towards a brick wall
We pretending isn't there
What happens when we hit it?
Do we split into a billion bits
Or do we come back as a bullfrog and talk in ribbits?
What is it? What is it?
You got the answer so give it, so give it
Don't lie, what happens when we die?
Dad says, Georgie, I'm just guessing from what I've been told
Probably thinking "How'd I raise this fucking nine-year-old?"
Since I'm sorta really not religious it's a crapshoot
I roll a pair of dice
Although the thought of paradise is very nice
In my heart I know I don't believe in magic
So I'm thinking maybe death is like eternal TV static
Or returning to the state before your birth
Absorbed into earth
The fewer hours left the more they're worth
I admit that it's difficult to think about
I think everybody got a little bit of doubt
You don't get to hide from it even if you shout
Not a soul on the planet gets to wriggle out
And he said that I know it's tough to take in son
But it's so early
I can see you're in a hurry but don't worry cause

[Chorus:]
This isn't for a long, long time
This isn't for a long, long time
This isn't for a long, long time
This isn't for a long, long, long, long time

[Verse 2:]
Life moves fast
Made the mistake of blinking, twenty years passed
Now I'm sitting in my room in Brooklyn with my father
We don't bother doing Christmas in the Bay any longer
It's the first time we've had this conversation
He says "it's tough to take in
I know we're not quite ancient
But we've reached age
Where we should probably talk arrangements
We could take it several routes
We could sell the house
We can't work forever eventually money will run out
That's a spot taking a loan would help us cover
Which would make it tougher
To leave something for you and your brother"
Stop, can't you see?
Every meal that you paid for me
All this power to chase a dream
All the privilege not to crave riches
But it's plain to me the key fact is it's easy
To act like cash means jack shit
If you never lacked it
And the greatest honor I could have
Is to make a buck and pass back a
А fraction of all the happiness you gave to me
And I will never make you live where you don't aim to be
Age is just data
We paint our story A to Z then dip out
R.I.P. rip out, we tear out the pages
Tear up the stage and we take a seat
Making a vacancy
Famous or not, we fade from the plot...
Every day when a new night falls
I ride around the sun on this big blue ball
I get a bit further from the kid called Paul
And I get a bit closer to the big brick wall
But since inching up to that fence
I can run my fingers against all the bricks and mortar
And sense that it's not so cold and so dense
And although I'm mournful I've known I'm not immortal
I'm not banging into stone
But I'm more heading through this portal
We're all born to return to home
We're all born to be mincemeat
Everything dies except for Papaya King hotdogs on 86th St
Dad hands me a napkin
Tells me it's been the same from the fifties
He didn't always love the city but dammit he'll miss me
How can you miss something after you leave?
I agree that it's sad but please
Don't dwell on it, Dad, because—

[Chorus:]
This isn't for a long, long time
This isn't for a long, long time
This isn't for a long, long time
This isn't for a long, long, long, long time

Набор приятного: «Разговоры» (перевод)

[Куплет 1:]
Я очень хорошо помню:
Как мои слёзы падают на серый ковёр на верхней ступени,
Папа пытается меня как-то успокоить,
Я задаю вопрос, пылающий внутри, не отпускающий меня,
Превращающий меня в заплаканного размазню.
Я знаю, это, наверное, ерунда,
И, наверное, бояться глупо,
Но все же эти дни мчатся мимо нас и всем, похоже, наплевать.
Как будто мы со всей скорости несемся навстречу каменной стене,
Притворяясь, что ее не существует.
Что случится, когда мы в нее врежемся?
Разлетимся на миллионы кусочков,
Или вернемся в виде лягушек и станем квакать, а не говорить?
В чём же здесь дело? В чём дело?
Если знаешь ответ — выкладывай и не молчи,
И не ври, что с нами станет, когда мы умрем?
Папа говорит: «Джорджи, я знаю только то, что мне самому когда-то говорили», —
А сам, наверное, думает: «Как меня угораздило вырастить такого девятилетнего спиногрыза?»
Раз уж я, как бы, не религиозен, приходится гадать,
Я бросаю кости.
И хотя идея рая весьма заманчива,
Сердцем я знаю, что не верю в волшебство.
Так что, быть может, смерть — это как вечный белый шум по телевизору,
Или возвращение в состояние до рождения;
Обратно в почву.
Но чем меньше часов остается, тем большего они стоят.
Да, признаться, об этом думать нелегко,
И капля сомнений, наверное, есть у каждого.
От этого не спрятаться, даже если орать во все горло.
От этого не отвертится ни одна живая душа на планете.
Ещё он сказал: «Знаю, это сложно принять, сынок,
Но ещё так рано.
Я вижу, ты спешишь, но не надо волноваться, потому что

[Припев:]
Это совсем ненадолго,
Это совсем-совсем ненадолго,
Это совсем ненадолго,
Это совсем-совсем-совсем ненадолго».

[Куплет 2:]
Жизнь движется стремительно,
Случайно моргнул — двадцати лет как не бывало.
Вот я сижу со своим отцом в моей комнате в Бруклине,
Мы больше не заморачиваемся насчёт Рождества в Сан-Франциско,
Такой разговор у нас впервые.
Он говорит: «Это сложно принять,
Я знаю, мы еще не настолько древние,
Но мы достигли того возраста,
Когда нам, наверное, нужно обсудить наши договорённости.
Есть насколько вариантов:
Можно было продать дом,
Мы не сможем работать вечно, когда-нибудь деньги закончатся,
Есть ситуация, в которой даже ссуда не поможет,
Будет только ещё сложнее-
Оставить что-нибудь тебе и твоему брату…»
Прекрати, ты что не понимаешь?
Все мои обеды, за которые ты платил,
Все силы, чтобы стремиться к мечте,
Все преимущества того, что не нужно было алкать богатства,
Хотя основное для меня и ясно, нетрудно вести себя так,
Будто деньги ни черта не значат,
Когда в них не было недостатка.
Поэтому величайшая честь, которой я могу быть удостоен —
Самому заработать копейку и вернуть
Частицу счастья, которое подарил мне ты.
И ты никогда не будешь жить там, где не хочешь.
Возраст — всего лишь цифра.
Мы пишем свою историю от А до Я, уходим в землю,
Мир праху твоему, вырываем страницы и захлопываем книгу,
Блистаем на сцене и садимся,
Освобождая место.
Знамениты или нет, мы перестаем быть частью сюжета…
Каждый день, когда приходит новая ночь,
Я облетаю Солнце на этом огромном голубом шаре,
Я чуть-чуть удаляюсь от парня по имени Пол,
И чуть-чуть приближаюсь к большой каменной стене.
Но по мере приближения к этой ограде
Я могу прикоснуться к раствору и кирпичам
И ощутить что, что она не настолько холодная и твердая.
Хоть мне и грустно, я понял, что я не бессмертен,
Я не расшибусь об камень,
А скорее, пройду через этот портал.
Мы все рождены, чтобы возвратиться домой,
Мы все рождены, чтобы быть начинкой жизни,
Умирает всё, кроме хот-догов из «Папайя кинг» на 86-й улице.
Папа передает мне салфетку,
Говорит, что тут всё осталось прежним с пятидесятых,
Он не всегда любил город, но, чёрт возьми, он будет скучать по мне.
Как можно скучать по чему-то, после того как тебя не станет?
Это конечно печально, согласен,
Но, пожалуйста, пап, не начинай, ведь

[Припев:]
Это совсем ненадолго
Это совсем-совсем ненадолго
Это совсем ненадолго
Это совсем-совсем-совсем ненадолго