Перевод текста песни Lovesick for Mina - Cradle Of Filth

Lovesick For Mina (оригинал)

One might see in Mina
My disease
But it is She who has infected me
For all eternity...

As the sun slips the tearaway stars
Into the scented scheme of night
I kissed her mouth like a dark red rose
Set upon a marbled dream of white
So pure of thought like a Vestal statue
Jewelled with a God-lent grace
I was close to coming when She bid adieu
Fuelled by the heartache rent upon her face there

Oh Mina, obscener
Thoughts obsess my days
Oh Mina, obscener
Thoughts possess me
That I must now obey

They say the darkest hour
Is that before the dawn
When nothing in one's power
Can dissipate the great forlorn
Shadows of fire that haunt me
Like risen whispers of her name
For dawn is a dusk
Wherein needs must
Erupt from the grave, aflame

Written in the dead of night
And riding on the burning wind
Smitten by her read delight
My words alight like leaves of sin

Stepping through a mirror
The princess of the emerald glass
Brought me one step nearer
Love's infernal past...

They say Hell hath no furies
Like a woman scorned by life
When the Heavenly Judge and juries
Participate to chain this wife
With forced virtues, Her secret needs
Drew on my foreign blood
On warm wet nights, with storm-wracked bites
I gave her Eden after the flood

Written in the dead of night
And riding on the burning wind
Smitten by her read delight
My words alight like leaves of sin

Verona, Marishka, Aleera
Brides of old and goddesses all
Forgive my wishes to be always near her
Forever or whenever seas recall

This Aphrodite from my embrace
For as Mars (whom her lips placate)
I tore these shores with wars of hatred
Before our Paris set his fate
In Helen, one might find mistake
In winning tragedy
For all eternity...

I am still lovesick for Mina
I am still so lovesick for her

Любовная тоска по Мине (перевод)

Кто-то мог увидеть в Мине*
Мою болезнь.
Но это именно Она заразила меня
На целую вечность...

Когда солнце плавно стирает звёзды
В ароматные ночные интриги,
Я целовал её уста, словно багряную розу.
Уповая на белые, словно мраморные мечты,
Столь же целомудренные, как статуя Весты,
Украшенные драгоценностями Божьей милостью.
Я надеялся на большее, когда Она предложила попрощаться,
Сгорая от душевной боли, что была видна в её лице.

О, Мина, непристойные
Мысли преследуют меня.
О, Мина, нечестивые
Мысли овладевают мной,
И я теперь повинуюсь им.

Говорят, что самый тёмный час –
Предрассветный,
Когда никто не властен
Рассеять великое несчастье.
Тени огня, что часто посещают меня,
Словно начинают шептать её имя.
Для рассвета – это сумрак,
Где желания должны
Вырваться из могилы, объятые пламенем.

Написанные в непроглядной ночи
И летящие на огненном ветре,
Сражённые её восторженным чтением,
Мои слова горят на грешных страницах.

Перешагнув в зазеркалье,
Принцесса изумрудного стекла
Приблизила меня на шаг
К дьявольской любви прошлого...

Говорят, что ярость ада ничто,
По сравнению с женщиной, презренной жизнью.
Когда Небесные Судьи и присяжные
Приговорили эту женщину заковать в цепи,
Принуждая к добродетели, Её тайные нужды
Привлекли мою чужеродную кровь.
Тёплыми дождливыми ночами, своими неистовыми укусами
Я даровал ей рай после потопа.

Написанные в непроглядной ночи
И летящие на огненном ветре,
Сражённые её восторженным чтением,
Мои слова горят на грешных страницах.

Верона, Маришка, Алеера,**
Невесты старины и богини всего,
Простите мне мои желания быть всегда рядом с нею,
Навеки или всякий раз, когда я вспоминаю море.

Это Афродита из моих объятий
Для Марса ,
Я разрушу эти берега ненавистной войны,
Прежде чем Парис увидит свою судьбу
В Елене, кто-то сможет найти ошибку
В трагичной победе,
На целые века...

Я всё ещё тоскую по Мине,
Я всё ещё так тоскую по ней...