Перевод текста песни Severus and Stone - Radical Face

Severus And Stone (оригинал)

All the trees stood like skeletons
Silhouettes of spilled ink
And the snows fell in sheets and got wrapped around our feet
We built the fire evermore with winter beating at the door

Brother's eyes were getting heavier
His bony hands cold and white
And I could hear his ragged breathing
Like the wind along a knife
There beside him through the night, in the hum of candlelight
I no longer felt the time

Brother woke just after midnight
And he didn't make a sound
And as he climbed from out of bed with severed rings around his head
His feet didn't touch the ground

I could feel it then
A tiny miracle
So I followed him
Into the woods
Crossed beneath the trees
But only I left my prints in tow
He was afloat
Found a lonely tree
And tied himself within its limbs
And he said to me these words:
“Don't you fear for me,
I am where I'm supposed to be.”

And when I woke he was gone
And I was wrapped in blankets on the lawn
The sky was blue and my skin matched the hue
And I could hear mother crying in your room
From here on out I wear this face for both of us

Северус и Стоун (перевод)

Деревья стояли как скелеты,
Силуэты пролитых чернил,
А снег падал на простыни и обернулся вокруг наших ног.
Мы постоянно разводили костер, зима стучала в дверь.

Глаза брата становились мрачнее,
Его костлявые руки — холодными и белыми,
И я мог слышать его неровное дыхание,
Похожее на дующий вдоль ножа ветер.
Здесь, всю ночь рядом с ним, в гуле сумерек,
Я больше не чувствовал хода времени.

Брат проснулся только после полуночи
И не издал ни звука,
И когда он поднялся с кровати с рваным звоном вокруг головы,
Его ноги не коснулись земли.

Я смог ощутить это тогда,
Маленькое чудо,
Так что я последовал за ним
В лес,
Мы пересеклись под деревьями,
Но только я шел на буксире,
Он плыл по воздуху,
Нашел одинокое дерево
И лег в его ветвях,
И сказал мне эти слова:
"Не бойся за меня,
Я там, где мне полагается быть".

Но когда я проснулся, его не было,
А я был завернут в одеяла на лужайке.
Небо было голубым и моя кожа была того же оттенка.
И я мог слышать, как мать плачет в твоей комнате.
С того времени я ношу это лицо за нас обоих.