| When we admit it into existence; | Когда мы признаем его существование; |
| Then it becomes part of everything else.
| Затем он становится частью всего остального.
|
| And that means, it has a birth, a life and a death.
| А это значит, что у него есть рождение, жизнь и смерть.
|
| As long as it stays under the surface, it doesn’t seem to die.
| Пока он остается под поверхностью, кажется, что он не умирает.
|
| Repressed memories. | Подавленные воспоминания. |
| That didn’t seem to be going anywhere.
| Казалось, это никуда не денется.
|
| When we lock the door, the charmer’s inside,
| Когда мы запираем дверь, заклинатель внутри,
|
| and if we lock the door, who else could have the key?
| а если мы закроем дверь, у кого еще может быть ключ?
|
| Yeah, this is about the freedom, how do we feel in our own hearts?
| Да, это о свободе, что мы чувствуем в наших собственных сердцах?
|
| Do we feel free?
| Чувствуем ли мы себя свободными?
|
| Or is there a lot of uh… walls/prisons that we live inside?
| Или есть много э... стен/тюрьм, внутри которых мы живем?
|
| I mean, it takes us, only to the edge, of what we can accept.
| Я имею в виду, что это приводит нас только к краю того, что мы можем принять.
|
| Forgiveness is giving up all hope for a better past.
| Прощение — это отказ от всякой надежды на лучшее прошлое.
|
| When you hold resentment toward another,
| Когда ты держишь обиду на другого,
|
| you’re bound to that person or condition
| вы связаны с этим человеком или условием
|
| by an emotional link that is stronger than steel.
| эмоциональной связью, которая крепче стали.
|
| Forgiveness comes at the moment where… we give up,
| Прощение приходит в тот момент, когда… мы сдаемся,
|
| The moment it becomes more important for us to be free,
| В тот момент, когда нам станет важнее быть свободными,
|
| than it does to be right.
| чем быть правым.
|
| Yeah, do you wanna be right or do you wanna be free? | Да, ты хочешь быть правым или ты хочешь быть свободным? |