| Ты тогда уже знал лучше нас, но молчали не дрогнув губы,
|
| Что ты знал в тот последний час, час когда закричали трубы?
|
| Рухнул в дребезги свод земной, и запели, и заплясали,
|
| И схлестнулась волна с волной, разбиваясь меж стен Ронсеваля!
|
| Разбиваясь меж стен...
|
| Ты же знал на вопрос ответ, уходя обо всем уже знал ты,
|
| И смотрел неотрывно вслед синий взгляд златокудрой Альды.
|
| А ты спорить решил с судьбой, не познав ни любви, ни печали,
|
| Принимал свой последний бой между стылых камней Ронсеваля!
|
| Между стылых камней...
|
| Слышишь бьется, как кровь в виске, стук копыт - это мчит подмога!
|
| Но сломавшись в твоей руке, разлетелись осколки рога!..
|
| Торжествующий крик врага, переливы пьянеющей стали,
|
| Слышишь - звонко трубят рога, эхом бьются в груди Ронсеваля!
|
| Эхом бьются в груди...
|
| И сжимая в ладонях клинок, ты смеялся легко и беспечно,
|
| Уходя за последний порог, в безоглядную дальнюю вечность,
|
| В безоглядную дальнюю даль, к голосам, что безмолвно звали,
|
| Оставляя на век Ронсеваль, оставаясь на век в Ронсевале...
|
| Оставляя на век...
|
| Оставаясь на век... |