| Я пел о богах, и пел о героях, о звоне клинков, и кровавых битвах;
|
| Покуда сокол мой был со мною, мне клекот его заменял молитвы.
|
| Но вот уже год, как он улетел — его унесла колдовская метель,
|
| Милого друга похитила вьюга, пришедшая из далеких земель.
|
| И сам не свой я с этих пор, и плачут, плачут в небе чайки;
|
| В тумане различит мой взор лишь очи цвета горечавки;
|
| Ах, видеть бы мне глазами сокола, и в воздух бы мне на крыльях сокола,
|
| В той чужой соколиной стране, да не во сне, а где-то около:
|
| Стань моей душою, птица, дай на время ветер в крылья,
|
| Каждую ночь полет мне снится — холодные фьорды, миля за милей;
|
| Шелком — твои рукава, королевна, белым вереском — вышиты горы,
|
| Знаю, что там никогда я не был, а если и был, то себе на горе;
|
| Мне бы вспомнить, что случилось не с тобой и не со мною,
|
| Я мечусь, как палый лист, и нет моей душе покоя;
|
| Ты платишь за песню полной луною, как иные платят звонкой монетой;
|
| В дальней стране, укрытой зимою, ты краше весны, ты краше весны,
|
| Ты краше весны и пьянее лета.
|
| Просыпайся, королевна, надевай-ка оперенье,
|
| Полетим с тобой в ненастье — тонок лед твоих запястий;
|
| Шелком — твои рукава, королевна, ясным золотом — вышиты перья;
|
| Я смеюсь и взмываю в небо, я и сам в себя не верю:
|
| Подойди ко мне поближе, дай коснуться оперенья,
|
| Каждую ночь я горы вижу, каждое утро теряю зренье;
|
| Шелком — твои рукава, королевна, ясным месяцем — вышито небо,
|
| Унеси и меня, ветер северный, в те края, где боль и небыль;
|
| Как больно знать, что все случилось не с тобой и не со мною,
|
| Время не остановилось, чтоб взглянуть в окно резное;
|
| О тебе, моя радость, я мечтал ночами, но ты печали плащом одета,
|
| Я, конечно, еще спою на прощанье, но покину твой дом, покину твой дом,
|
| Но покину твой дом с лучом рассвета.
|
| Где-то бродят твои сны, королевна;
|
| Далеко ли до весны травам древним…
|
| Только повторять осталось — пара слов, какая малость —
|
| Просыпайся, королевна, надевай-ка оперенье…
|
| Мне ль не знать, что все случилось не с тобой и не со мною,
|
| Больно ранит твоя милость, как стрела над тетивою;
|
| Ты платишь — за песню луною, как иные платят монетой,
|
| Я отдал бы все, чтобы быть с тобою, но, может, тебя и на свете нету…
|
| Ты платишь — за песню луною, как иные — монетой,
|
| Я отдал бы все, чтобы быть с тобою, но, может, тебя, но, может, тебя,
|
| Но, может, тебя и на свете нету… |