| Наш Федя с детства связан был с землею —
|
| Домой таскал и щебень и гранит…
|
| Однажды он домой принес такое,
|
| Что мама с папой плакали навзрыд.
|
| Студентом Федя очень был настроен
|
| Поднять археологию на щит —
|
| Он в институт притаскивал такое,
|
| Что мы кругом все плакали навзрыд.
|
| Привез он как-то с практики
|
| Два ржавый экспонатика
|
| И утверждал, что это — древний клад.
|
| Потом однажды в Элисте
|
| Нашел вставные челюсти
|
| Размером с самогонный аппарат.
|
| Диплом писал про древние святыни,
|
| О скифах, о языческих богах.
|
| При этом так ругался по-латыни,
|
| Что скифы эти корчились в гробах.
|
| Он древние строения
|
| Искал с остервенением
|
| И часто диким голосом кричал,
|
| Что есть еще пока тропа,
|
| Где встретишь питекантропа,
|
| И в грудь себя при этом ударял.
|
| Он жизнь решил закончить холостую
|
| И стал бороться за семейный быт.
|
| Я, — говорил, — жену найду такую —
|
| От зависти заплачете навзрыд!
|
| Он все углы облазил — и В Европе был, и в Азии, —
|
| И вскоре раскопал свой идеал.
|
| Но идеал связать не мог
|
| В археологии двух строк, —
|
| И Федя его снова закопал. |