| Запотевшие стекла, а время — песок, и бессонница давит артерии
|
| Небо не лётно, и эмоции нынче как лёд и подавно потеряны
|
| Мы останемся в песнях, книгах, но вряд ли поселимся
|
| Ну хотя бы в одном сердечке, иначе станет там тесно мигом
|
| (Одиночество — дар) Одиночество — дар
|
| Мотыльков привлекает не свет, но его чистота
|
| И, честно, не знаю, зачем, но я точно отдал бы всё
|
| Чтоб ещё один раз хотя бы увидеть солнце
|
| И даже в тебе я не видел ни разу настолько идеальных пропорций
|
| И кап-кап, капли крови из прокусанных губ
|
| И так-как, клятвы кроме, увы, не имеем мы тут ничего
|
| И мы ищем себя в песнях и книгах,
|
| Но врём сами себе про древо жизни, но всё это — липа, и
|
| Тысячи слов, миллионы сердец устали биться
|
| И, если что, мы утонем по-детски, уста и лица всё так же врут
|
| И так же носят маски, и для нас невыносимый крест
|
| Тут повсеместно всем выносят на смех
|
| Снова пьян, снова пешком от центра до дома
|
| Как цепью к оковам привязан к тем барам
|
| И мерзостью город ночной околдован
|
| И я всё ищу там зачем-то кого-то, не знаю кого, но путь предначертан
|
| Снова ночью бывшей звонил, и там занято,
|
| Но бывшей жизни (Бывшей жизни), и нет новых эмоций
|
| И из жизни моей навсегда уходя, умоляю, гасите солнце
|
| Я стал старше, наверно, раз даже вискарь
|
| Не способен восстановить уставшие нервы |