| Наша музыка из чужой музыки сшита по кускам,
|
| Тексты — из расцветшего потрясениями языка.
|
| Песни о журавлях, но без синицы в руке —
|
| Так колясочники во снах выходят на паркет.
|
| Где из этой топи рейсы прямые в топы?
|
| Груды сломанных копий, кровью купленный опыт.
|
| Сроки наши убоги — вспыхиваем и меркнем.
|
| Оставлять ожоги — оплот нашей церкви.
|
| Внутри чужого сердца не с кем сражаться.
|
| Занять не высоту, но пустоту и удержаться.
|
| Во имя цензуры мы бросали кого-то в урну,
|
| Но в следующий момент сами стали подцензурными.
|
| Жму толчками на play, как на грудь медбрат,
|
| Жду, знакомые мотивы начнут играть,
|
| Но уже поздно, песни погасла искра.
|
| Что написано пером против топора.
|
| Битва с реальностью, обмен ударами,
|
| Но полотно не изменится в новой раме:
|
| Люди торгуют онлайн-вебинарами,
|
| Люди торгуют на вокзалах рабами.
|
| Слово божье, буква закона со всеми трюками
|
| Не справляются с заклинанием "Мне семью кормить".
|
| Но пожинаем мы лишь то, что сеем,
|
| Всходами этими и кормим семьи.
|
| По гравийке между Якутском и Нерюнгри
|
| Пробивается бригада мыслеинженеринга. |
| Побег из-под опеки достигнутых целей,
|
| Отсюда только дрейф к подземной постели.
|
| Побег от себя, ведь фирменный почерк —
|
| Это начало конца, в запахе первые ноты просрочки.
|
| Нажитое нарастает и медленно ест нас,
|
| Временное лекарство — вылазки в неизвестность.
|
| В закупоренной бутылке несколько строк,
|
| В неизведанный предел по руслам дорог,
|
| Где берег не осязаем, где берег не осязаем
|
| Чтобы те, кому случится это прочесть,
|
| Ощутили бы тепло руки на плече.
|
| О большем и не мечтаем.
|
| В закупоренной бутылке несколько строк,
|
| В неизведанный предел по руслам дорог,
|
| Где берег не осязаем, где берег не осязаем
|
| Чтобы те, кому случится это прочесть,
|
| Ощутили бы тепло руки на плече.
|
| О большем и не мечтаем.
|
| Сколько себя не заставляй, а против природы ты не попрешь,
|
| Истинное Я всегда берёт своё и не знает краёв,
|
| Откуда мы пришли и где всё это нажмётся на стоп,
|
| Внутри чужого разума разыскивать себе простор.
|
| Путешествие в дебри — не развлекательный контент,
|
| Но мы пришли не веселить, а строить связь антенн,
|
| В этом храме нет ни окон, ни дверей, ни молитв, |
| Внутри людей есть материк, который не открыт.
|
| Наше тур.агенство предлагает путевки за лучший прайс,
|
| Будем восходить на пик во внутренних мирах,
|
| Освободи рюкзак, оставь у подножья всё лишнее,
|
| Но это не поможет, если гора внутри ближнего.
|
| Какую мышцу мне тренировать? |
| —
|
| Если для восхождения нужны смыслы и слова.
|
| Цепляемся за выступы, страхуемся на кромке,
|
| Сами себя побеждаем мы где-то в чужих потёмках.
|
| В хит-парадах нам пока побывать не дано,
|
| Но с этой музыкой ты как на кухне с лучшим друганом,
|
| Не затеряться бы во льдах под новостными лентами,
|
| Однажды стал ненужными и пропустив момент этот,
|
| Не пригоден компас, карты не нарисованы,
|
| Тут щупают пространство, но не руками, а словом,
|
| Захватывает дух, когда смотришь с высоты,
|
| Вокруг скопления букв, верёвочные мосты.
|
| Не заблудиться бы в себе, когда творческий кризис,
|
| Чтобы не пришлось потом туристов обламывать в визе,
|
| И так по кругу, десять лет без одной остановки,
|
| Эта музыка — больше попытка саморасшифровки,
|
| Идём искать не знаю что неведомо куда, |
| Будто в кромешной темноте победно расстреливать дартс.
|
| Слово упорядочит хаус и суету,
|
| Мы загружаем новый мир из непрогруженных текстур.
|
| В закупоренной бутылке несколько строк,
|
| В неизведанный предел по руслам дорог,
|
| Где берег не осязаем, где берег не осязаем
|
| Чтобы те, кому случится это прочесть,
|
| Ощутили бы тепло руки на плече.
|
| О большем и не мечтаем.
|
| В закупоренной бутылке несколько строк,
|
| В неизведанный предел по руслам дорог,
|
| Где берег не осязаем, где берег не осязаем
|
| Чтобы те, кому случится это прочесть,
|
| Ощутили бы тепло руки на плече.
|
| О большем и не мечтаем. |