| В каждом сердце есть живая рана, | В каждом сердце — свежий шрам, живой, |
| В каждом сердце не оплачен плач, | В каждом сердце тайный стон не оплачен, |
| Вышел на эстраду ресторана, | Явился в свет дрожащий, неживой, |
| Нищий и оборванный скрипач... | Бедняк и лохмотный скрипач… |
| |
| А когда он медленно и верно | И вот когда он медленно, как судно, |
| Поднимал потухшие глаза - | Взымал потухший взор в тоске земной, |
| В зале замолкали все девчонки, | В зале утихали голоса, как чудно, |
| А в глазах застывшая слеза... | И слеза стекленела в девичьей толпе немой… |
| |
| А скрипач раскачиваясь гибко, | А скрипач, как ива, гнулся, волен, |
| Строил горы с человечьих мук. | Воздвигал утесы людских страданий в зале. |
| Он играл... О-о-о как рыдала скрипка | Он играл... О, как изнемогала скрипка, |
| От его ошеломленных рук... | В изумлении его изломанных рук… |
| |
| Скрипка, скрипка, - не могу я больше! | Скрипка, скрипка — не вынесу я, слышишь! |
| Перестань родимая, не плачь! | Не плачь, родная, — уймись, замолчи. |
| Пусть тебя, как девушку нагую | Пусть до рассвета, как девушку без платья, |
| До утра ласкает твой скрипач... | Скрипач твой лаской одарит в ночи… |
| |
| Скрипка, что оборванные нити, | Скрипка, словно разорванные нити, |
| Обмотала с головы до ног! | Оплела меня с головы до пят. |
| В зале кто-то крикнул - повторите! | Вдруг — крик: «Повторите!» — в зале разлетится, |
| Но скрипач играть уже не мог... | Но скрипачу не хватило больше сил играть… |
| |
| В каждом сердце есть больная рана, | В каждом сердце — рана, что не утихает, |
| В каждом сердце не стихает плач, | В каждом сердце — плач разлитый, как мрак, |
| Так и помер возле ресторана, | Так и угас, у ресторана, не узнает, |
| Нищий и оборванный скрипач... | Бедный и оборванный скрипач… |
| |
| Так и помер возле ресторана, | Так и угас, у ресторана, не узнает, |
| Нищий и оборванный скрипач... | Бедный и оборванный скрипач… |