| Смеется девушка чему-то у фонтана,
|
| Ей все обыденное — сказочно и странно,
|
| И провожатый — молод, мил и мимолетен —
|
| Смешит ее стихом на самой верхней ноте.
|
| Талдычат голуби и кланяются низко
|
| На шпаги ног прелестной чудо-гимназистки.
|
| Я — провожатый. |
| В одиночестве — беда нам.
|
| Горит июль. |
| Горит июль. |
| Горит июль. |
| Мы оба в небо бьем фонтаном.
|
| На кон замётано, что юность накопила —
|
| Кривится девушка над горечью у пива.
|
| Слова срываются с проворством воробьиным,
|
| Улыбка мается собой в бокале винном.
|
| И фонари вокруг в почтительном поклоне
|
| Купают ноги в акварелевом неоне.
|
| Две тени сходятся, и путаются космы.
|
| Смеется девушка, смеется девушка, смеется девушка так ветрено и просто.
|
| Все как в кино. |
| Все на пределе, как на гонке.
|
| И только нет ни тормозов, ни кинопленки,
|
| И за пустяк в душе сражаются армады,
|
| И вкус победы — вкус пронзительной помады.
|
| Смеется девушка чему-то у фонтана,
|
| Ей все обыденное — сказочно и странно.
|
| И весь сюжет случаен, чист и мимолетен.
|
| И оборвется он, и оборвется он, и оборвется он на самой верхней ноте.
|
| Смеется девушка чему-то у фонтана… |