| Пускай ты выпита другим,
|
| Но мне осталось, мне осталось
|
| Твоих волос стеклянный дым
|
| И глаз осенняя усталость.
|
| О возраст осени! |
| Он мне
|
| Дороже юности и лета.
|
| Ты стала нравиться вдвойне
|
| Воображению поэта.
|
| Я сердцем никогда не лгу,
|
| И потому на голос чванства
|
| Бестрепетно сказать могу,
|
| Что я прощаюсь с хулиганством.
|
| Пора расстаться с озорной
|
| И непокорною отвагой.
|
| Уж сердце напилось иной,
|
| Кровь отрезвляющею брагой.
|
| И мне в окошко постучал
|
| Сентябрь багряной веткой ивы,
|
| Чтоб я готов был и встречал
|
| Его приход неприхотливый.
|
| Теперь со многим я мирюсь
|
| Без принужденья, без утраты.
|
| Иною кажется мне Русь,
|
| Иными — кладбища и хаты.
|
| Прозрачно я смотрю вокруг
|
| И вижу, там ли, здесь ли, где-то ль,
|
| Что ты одна, сестра и друг,
|
| Могла быть спутницей поэта.
|
| Что я одной тебе бы мог,
|
| Воспитываясь в постоянстве,
|
| Пропеть о сумерках дорог
|
| И уходящем хулиганстве. |