| Аркона — там тёмные зори,
|
| Тёмные зори над древней землёй
|
| Аркона — где рокот прибоя,
|
| Где песни варягов над далью морской?
|
| Аркона — курганы у моря,
|
| Давних закатов хвойные сны
|
| Аркона — там рунами грома
|
| Кто-то в тумане жёг корабли
|
| Аркона — лишь тихие воды,
|
| Кровью варяжской янтарь в них застыл
|
| Аркона — там ветер со взморья
|
| В трещинах скал своё сердце забыл
|
| Аркона — лишь камни да сосны,
|
| Призраки песен вчерашней росы
|
| Аркона — над морем холодным
|
| Лишь ветер и звёзды, память и дым
|
| Аркона — небес твоих просинь
|
| Хмелем полынным осенней листвы
|
| Аркона — в русальи пропасть мне,
|
| Увидеть все сны позабытых глубин
|
| Аркона — из чаш небосклона
|
| Вечерних просторов испить синевы
|
| Аркона — где молоты шторма
|
| Тайну вковали в щит тишины
|
| Аркона — дух волчьего бога
|
| Сквозь память и время в нашей крови
|
| Аркона — где грёзы былого
|
| Знаком борьбы в наши судьбы вплелись
|
| Аркона — зов древнего рога,
|
| В закате багряном пылают мечи
|
| Аркона — сын рода волотов,
|
| Ветер нашей войны полной грудью вдохни
|
| «В мерцающих танцах дев-зоряниц встал он пред
|
| льдяною вязью клинков. |
| Серебро лучей прадавних лун,
|
| канувших некогда в глубины лазоревых морей, пали
|
| на седины его прядей. |
| Шрамы горечи, руны битв и побед
|
| вплетались узорами в лик его юности. |
| Над могилой
|
| Арконы, на высотах прибрежных скал, в рдяной крови
|
| догорающего рассвета испил он хмельную чашу
|
| багряных клятв… Именем той Чести, что зовётся
|
| Верностью… Расплатой, пожарищами и убийством
|
| будет кована Наша Тысяча Лет…» |