| Ничего не бывает случайно
|
| От чаинки, до племени Майя
|
| Закрываю глаза
|
| Я — дайвер
|
| То упорствуя, то принимая
|
| Я ныряю к новым высотам
|
| Там уже не нужна маска
|
| И меня к этим липким сотам
|
| Не влечет ни одна краска
|
| И не улей, не рой муравьиный
|
| Собирая себя подобных
|
| Нам не даст глубины половины
|
| Ничего кроме кресел удобных
|
| Ничего кроме пестрых оберток
|
| Ничего кроме глупости белых улыбок
|
| Ничего кроме фраз затертых
|
| И парада чужих ошибок
|
| Глубина
|
| Глубина
|
| Глубина
|
| Глубина
|
| Я не вижу мелькание экранов
|
| Вижу только кто свят, а кто мутен
|
| Я не знаю не лжи, не сомнения
|
| Я — душа в бесполезной сути
|
| Я сто раз умирал и рождался
|
| Был отцом и глазами ребенка
|
| Видел я как меня оставляют
|
| Помню, как я кричал звонко
|
| Был старухой, вольной птицей
|
| Был ученым, рабом и торговцем
|
| Одинокой черной певицей
|
| Обгонял и бежал вдогонку
|
| Был водой под ногами Иисуса
|
| И меняя странные лица
|
| Был травой в косяке Сида
|
| И нарядом Сиддхартхи ситцевым
|
| Глубина
|
| Глубина
|
| Глубина
|
| Глубина
|
| Ничего не бывает случайно
|
| От чаинки, до племени Майя
|
| Я — тайное зеркало Инки
|
| Ничего обо мне не зная
|
| Давно закопали осколки
|
| И память не режет руки,
|
| А сытые сонные волки
|
| Умирают от скуки
|
| Искусственный воздух продан
|
| И дети от голода пухнут
|
| Все ваши реки засохнут
|
| Все ваши империи рухнут
|
| Останется только море
|
| Прямая и сильная правда
|
| Я — дайвер
|
| Со мной не спорят
|
| Мой тон глубиной оправдан
|
| Глубиной
|
| Глубиной
|
| Глубиной
|
| Глубиной
|
| Глубиной
|
| Глубиной
|
| Глубиной
|
| Глубиной
|
| Глубиной |