| Дым табачный воздух выел.
|
| Комната — глава в крученыховском аде.
|
| Вспомни — за этим окном впервые
|
| Руки твои исступленно гладил.
|
| Сегодня сидим вот, сердце в железе.
|
| День еще — выгонишь, можешь быть, изругав.
|
| В мутной передней долго не влезет
|
| Сломанная дрожью рука в рукав.
|
| Выбегу, тело в улицу брошу
|
| Я дикий, обезумлюсь, отчаяньем иссечась.
|
| Не надо этого, дорогая, хорошая,
|
| Давай простимся сейчас.
|
| Все равно любовь моя — тяжкая гиря,
|
| Ведь висит на тебе, куда ни бежала б.
|
| Дай хоть в последнем крике выреветь
|
| Горечь обиженных жалоб.
|
| Если быка трудом уморят —
|
| Он уйдет, разляжется в холодных водах.
|
| Кроме любви твоей, мне нету моря,
|
| А у любви твоей и плачем не вымолишь отдых.
|
| Захочет покоя уставший слон —
|
| Царственный ляжет в опожаренном песке.
|
| Кроме любви твоей, мне нету солнца,
|
| А я и не знаю, где ты и с кем.
|
| Если б так поэта измучила,
|
| Он любимую на деньги б и славу выменял,
|
| А мне ни один не радостен звон,
|
| Кроме звона твоего любимого имени.
|
| И в пролет не брошусь, и не выпью яда,
|
| И курок не смогу над виском нажать.
|
| Надо мною, кроме твоего взгляда,
|
| Не властно лезвие ни одного ножа.
|
| Завтра забудешь, что тебя короновал,
|
| Что душу цветущую любовью выжег,
|
| И суетных дней взметенный карнавал
|
| Растреплет страницы моих книжек…
|
| Слов моих сухие листья ли
|
| Заставят остановиться, жадно дыша?
|
| Дай хоть последней нежностью выстелить
|
| Твой уходящий шаг. |