| Я знаю, как ты начинал:
|
| Тебя судьбе покорность не удовлетворяла,
|
| Страдания переносить устал.
|
| А все вокруг тебе твердили: «Жизнь трудностей и зла не отменяла!
|
| Будь-же как все!», но «меее-еее-еее…»
|
| С послушною толпою ты потихоньку блеять перестал.
|
| Ты начал в одиночку,
|
| Не веря в обещания пастухов и сторожей.
|
| Потом ты понял, что не всяк, кто пьёт с тобой за дружбу,
|
| Готов вписаться за тебя до крови и ножей.
|
| Ты обратился к книгам, но те лишь подтвердили
|
| Слова трусливых и глупцов, что всё условно в этом мире
|
| И нет числа условиям таким, одно сложней другого,
|
| Но коль не выполнишь, не взглянут небеса с любовью на тебя такого.
|
| И тысячи купцов явилися с тобой поторговаться
|
| За душу за нетленную твою.
|
| Одни венчание за деньги обещали,
|
| Другие — все грехи простить за золота суму.
|
| И говорили сладко, что научат,
|
| Как правильно дышать и как смотреть,
|
| И строили тем самым новые загоны,
|
| Чтобы овцу загнать обратно в клеть!
|
| От мистиков тогда ты отвернулся
|
| И ринулся в религии искать.
|
| И с той, которая в стране твоей ортодоксальна,
|
| Решил ты аккуратно, да не спеша, начать.
|
| Найдя ж там вскоре тьму противоречий,
|
| И лицемерие узрев за фарсом и красивой мишурой,
|
| Ты ринулся в другую, потом в третью,
|
| И осознал, что в качестве успокоительной таблетки
|
| Конфессия по сути может быть любой.
|
| А изгородь из веток, что стадо охраняла,
|
| Казаться тебе стала решёткой золотой.
|
| Потом колючей проволокой она же обернулась,
|
| И под конец на Избранность твою
|
| Тебя купить решила с головой.
|
| Ты ж, наступив на горло самолюбованию,
|
| С последним подлецом себя пред Богом уровняв,
|
| Увидел наконец, что изгородь фантомна,
|
| И побежал со смехом, направление поняв.
|
| И вот тогда, отбросив все Писания,
|
| Ты сам в себе нашёл ту дверь, которую искал.
|
| Ты вспомнил — Кто Ты Есть, и изгородь разрушил,
|
| Узнав, что все Учения, подсказок ради верных,
|
| Ты сам себе собой же когда-то написал. |