| И пока эта муха будет гладить свои лапки,
|
| Я буду говорить, что у меня все в порядке.
|
| В среднем человек в день может врать до двухсот тысяч раз.
|
| Вот и я солгу сейчас.
|
| А потом ты уйдешь, ты уйдешь, а я останусь,
|
| Станет странное сердце, бестолковая усталость.
|
| И я буду бояться остаться один на один
|
| С этой комнатой цветных пелерин.
|
| Тобою связанных на мне пелерин.
|
| Целуй меня, целуй меня, целуй меня.
|
| Целуй меня, пока лучи не целятся в нас,
|
| Пока еще мы что-то чувствуем, пока мы еще здесь.
|
| Целуй меня, я ненавижу, когда ты так нужен,
|
| Потом ведь все намного может быть хуже...
|
| Ты выдыхаешь: у нас есть час, час, один час.
|
| Твои руки теплы, значит, выстрел будет метким,
|
| Будут четкие круги на воде и тонкой веткой.
|
| Я останусь смотреть, как они летят стремительно вниз,
|
| Научи меня так, please.
|
| И я буду молчать, никогда, нигде об этом...
|
| Я не буду бояться остаться один на один
|
| В этой комнате цветных пелерин,
|
| Тобою связанных на мне пелерин.
|
| Целуй меня, пока лучи не целятся в нас,
|
| Пока еще мы что-то чувствуем, пока мы еще здесь.
|
| Целуй меня, я ненавижу, когда ты мне так нужен,
|
| Потом ведь все намного может быть хуже...
|
| Ты выдыхаешь: у нас есть час.
|
| Целуй меня, пока лучи не целятся в нас,
|
| Пока еще мы что-то чувствуем, пока мы еще здесь.
|
| Целуй меня, я ненавижу, когда ты так нужен,
|
| Потом ведь все намного может быть хуже...
|
| Ты выдыхаешь: у нас есть час, час, всего час.
|
| И мы кладем на ковер оружие. |