| Служил в столице бравый капитан
|
| В одном полку с красавицей майоршей,
|
| И был у ни не полевой роман,
|
| И даже не служебный - нечто больше...
|
| Звенел уж бубенцами белый конь,
|
| И ленточки вплетались в стремена,
|
| Но не сыграла свадьбу им гармонь:
|
| Нагрянула гражданская война.
|
| По хмурому небу летит колесница,
|
| И кто его знает, что с нами случится.
|
| Судьба - штука злая, ты с ней не шути,
|
| Лети, колесница, лети...
|
| Судьба - штука злая, ты с ней не шути,
|
| Лети, колесница, лети...
|
| И вот последний вечер для двоих,
|
| Накрыли стол, хоть ясно понимали,
|
| Что не предаст никто из них своих,
|
| Тем более, что оба присягали.
|
| Он ей сказал: "Семь бед - один ответ!
|
| Давай со мной: там батька, хата есть!.."
|
| "А как же мама? Знаешь, милый, нет.
|
| Езжай к своим, а я останусь здесь".
|
| И рухнул мир, казалось: вот и всё!..
|
| Но в чью бы ветры сторону не дули,
|
| Хранил он фотографию её
|
| И верил, что она отводит пули.
|
| Невеста тож портрет его взяла,
|
| Когда пришёл приказ ей: "На восток!"
|
| И пристальнее в оптику ствола
|
| Глядела, прежде чем спустить курок.
|
| И пронесли влюблённые поврозь
|
| Свою любовь с востока и до юга,
|
| И хорошо, что им не довелось
|
| Увидеться, чтоб разлюбить друг друга.
|
| Так дай же Бог им мир и в мире том
|
| В душе - смирения, в небе - тишины!
|
| Чтоб детям не впитался с молоком
|
| Смертельный яд бессмысленной войны. |