| Рука его мала, но в ней зажал весь мир,
|
| Как жалкого птенца изранив когтем;
|
| И не излечит ран его победный пир,
|
| Уродливость лица не скроет копоть.
|
| Божий гнев — бич небес, глотает пот и пыль.
|
| Жизнь в седле, смерть и блеск на острие судьбы.
|
| Водоворот орды всю нечесть свёл в одну,
|
| Германец или скиф добычу делят.
|
| Костров Аттилы дым несёт с собой чуму
|
| И варварский мотив сжигает веру!
|
| «Запад здесь, под рукой. |
| Мечами выбьем дверь!» |
| —
|
| Бросил клич дух степной — злой азиатский зверь!
|
| Припев:
|
| Над нами синего неба флаг.
|
| Нет страха в блеске холодных глаз.
|
| Нет правил в этот рассветный час,
|
| До заката смерть рассудит нас.
|
| Смертельная любовь, коварная судьба
|
| На свадебном пиру справляют тризну.
|
| Отравлено вино, яд на его губах,
|
| Как горький поцелуй последний в жизни.
|
| Горлом хмель, горлом кровь всю жизнь испил дикарь.
|
| Кто теперь сын ветров, жестоких Гуннов царь?
|
| Припев:
|
| Над нами синего неба флаг.
|
| Нет страха в блеске холодных глаз.
|
| Нет правил в этот рассветный час,
|
| До заката смерть рассудит нас.
|
| «Запад здесь, под рукой. |
| Мечами выбьем дверь» —
|
| Бросил клич дух степной — злой азиатский зверь.
|
| Припев:
|
| Над нами синего неба флаг.
|
| Нет страха в блеске холодных глаз.
|
| Нет правил в этот рассветный час,
|
| До заката смерть рассудит…
|
| Над нами синего неба флаг.
|
| Нет страха в блеске холодных глаз.
|
| Нет правил в этот рассветный час,
|
| До заката смерть рассудит нас.
|
| До заката смерть рассудит нас. |