| На солнечном пляже в июне
|
| В своих голубых пижама
|
| Девчонка — звезда и шалунья —
|
| Она меня сводит с ума.
|
| Под синий berceuse океана
|
| На желто-лимонном песке
|
| Настойчиво, нежно и рьяно
|
| Я ей напеваю в тоске:
|
| Мадам, уже песни пропеты
|
| Мне нечего больше сказать!
|
| В такое волшебное лето
|
| Не надо так долго терзать!
|
| Я жду Вас, как сна голубого!
|
| Я гибну в любовном огне!
|
| Когда же Вы скажете слово,
|
| Когда Вы придете ко мне?
|
| И, взглядом играя лукаво,
|
| Роняет она на ходу:
|
| Вас слишком испортила слава.
|
| А впрочем. |
| Вы ждите… приду!..
|
| Потом опустели террасы,
|
| И с пляжа кабинки свезли.
|
| И даже рыбачьи баркасы
|
| В далекое море ушли.
|
| А птицы так грустно и нежно
|
| Прощались со мной на заре.
|
| И вот уж совсем безнадежно
|
| Я ей говорю в октябре:
|
| Мадам, уже падают листья,
|
| И осень в смертельном бреду!
|
| Уже виноградные кисти
|
| Желтеют в забытом саду!
|
| Я жду Вас, как сна голубого!
|
| Я гибну в осеннем огне!
|
| Когда же Вы скажете слово?
|
| Когда Вы придете ко мне?!
|
| И, взгляд опуская устало,
|
| Шепнула она, как в бреду:
|
| Я Вас слишком долго желала.
|
| Я к Вам… никогда не приду. |