| Я часто просыпаюсь в тишине
|
| От свиста пуль и визга бомб фугасных.
|
| Мне кажется, я снова на войне,
|
| Мне кажется, я снова на войне,
|
| И кто кого — пока ещё не ясно.
|
| Прижат к земле и ждёт команды взвод,
|
| Вернее, то, что от него осталось.
|
| Назад нельзя, и мы пойдём вперёд,
|
| Назад нельзя, и мы пойдём вперёд,
|
| И всё, что было, повторим сначала.
|
| Истошно воют в небе «мессера»,
|
| Пытаясь в хвост зайти четвёрке «илов».
|
| И, тридцать лет в ночи крича «ура!»,
|
| И, тридцать лет в ночи крича «ура!»,
|
| Мой голос рвётся в грохоте разрывов.
|
| И очередью полоснув окоп,
|
| Зажав в зубах нательный медный крестик,
|
| Мы прыгаем на головы врагов,
|
| Мы прыгаем на головы врагов,
|
| На шеи этих белокурых бестий.
|
| Прости, родная речь, мне мой язык —
|
| Сейчас не до изящности словесной.
|
| В «Дубовый крест» плюю с зубами крик
|
| В «Дубовый крест» плюю с зубами крик
|
| Моих детей, и мату в горле тесно.
|
| Две пули в грудь… и я уже убит.
|
| Огонь в глазах, о Господи, как больно!
|
| Явитесь же все те, кто нас простит,
|
| Явитесь же все те, кто нас простит,
|
| Все те, кто с нашей смертью обездолен!
|
| Я часто просыпаюсь в тишине… |