| Ну вот и всё, остались мы —
|
| Я и Андрюха с Костромы,
|
| В живых на нашем блокпосту среди акаций,
|
| Есть пулемёт, есть автомат,
|
| Есть мой подствольник без гранат,
|
| И где-то далеко комбат хрипит у рации
|
| Нам батя в рацию кричит:
|
| «Всем действовать по плану «Щит!»,
|
| А нам с Андрюхой всё равно — что щит, что меч…
|
| Наш лексикон предельно прост,
|
| Идёт атака на блокпост,
|
| Нам не до планов, нам бы головы сберечь
|
| Горячих «Скатов"чёрный дым,
|
| Орём: «Спецназ непобедим!»,
|
| Хоть чёрным стал андрюхин
|
| Краповый берет, и у его КПВД
|
| Есть нотки в голосе не те:
|
| Как говорится, чем богат — другого нет
|
| Я посчитал сквозь эту тьму —
|
| Примерно сорок к одному,
|
| А это — пуля или плен, одно из двух,
|
| И оба поняли — хана,
|
| Но тут очнулся старшина,
|
| И матом поднял наш почти упавший дух
|
| Я слышу, он орёт сквозь дым:
|
| «Ща рукопашную дадим,
|
| Ядрёна сила, чтоб твою, державы мать…»
|
| Вот этот краповый берет —
|
| Бесплатный пропуск на тот свет,
|
| Для тех скотов, что захотят его сорвать
|
| Потом всё было, как во сне:
|
| Пришли ребята на броне,
|
| Кругом свои, и наша кончилась война,
|
| А мы сидим, как дураки —
|
| Спина к спине, в руках — штыки,
|
| Акация, блокпост, и тишина…
|
| И что-то говорит комбат,
|
| И мы смеёмся невпопад,
|
| И матерится, как сапожник, старшина —
|
| Мы были здесь, и не сдались,
|
| Но пятерых не дождались
|
| Кого-то — мать, кого-то — дочь, кого — жена
|
| Я поднимаюсь во весь рост,
|
| За мой расстрелянный блокпост,
|
| И сам не верю, что я цел и невредим,
|
| И белой краской на посту,
|
| Чтоб было видно за версту,
|
| Я написал: «Спецназ непобедим!»
|
| И белой краской на посту,
|
| Чтоб было видно за версту,
|
| Я написал: «Спецназ непобедим!»… |