| Отрывались друг от друга два сгоревшие супруга
|
| Как от страшного недуга, избавляясь друг от друга
|
| Зажимали сердце в клещи, перетаскивали вещи
|
| Там машина ожидала, он ушел она рыдала
|
| Тихо радио играет, он о ней уже все знает
|
| И она о нем все знает, и о них уже все знают
|
| У него такой четвертый номер в памяти не стертый
|
| У нее такой остывший взгляд холодный, но любивший
|
| Открывая другие краски и рисует на фоне белом
|
| Оживляя цветы и сказки та, которая так горела
|
| Не поехала Герда к Каю, если я засыпаю с книжкой,
|
| То под утро зачем не знаю
|
| Ты мне снишься с короткой стрижкой
|
| Каждый день одно и тоже, дни как люди не похожи
|
| У него командировки, у нее командировки
|
| Что болело – отпустило, догорело и остыло
|
| И осталось лишь оставить что-то теплое на память
|
| Так не зная, не гадая самолетов ожидая
|
| В шуме аэровокзалов этот шарф она связала
|
| Это теплый, этот длинный и в морозах не повинный
|
| И оставила на память, чтобы он сумел оттаять
|
| Открывая другие краски и рисует на фоне белом
|
| Оживляя цветы и сказки та, которая так горела
|
| Не поехала Герда к Каю, если я засыпаю с книжкой,
|
| То под утро зачем не знаю
|
| Ты мне снишься с короткой стрижкой |