| Близилась ночь;
|
| Рельсы несли свой груз.
|
| Трамвай не был полон,
|
| Фактически он был пуст.
|
| Кроме двух-трех плотников,
|
| Которых не знал никто,
|
| Судьи, который ушел с работы,
|
| И джентльмена в пальто.
|
| Судья сказал: «Уже поздно,
|
| Нам всем пора по домам.
|
| Но Будда в сердце, а бес в ребро:
|
| Молчать сейчас — это срам.
|
| Скамья подсудимых всегда полна,
|
| Мы по крайней мере в этом равны.
|
| Но если каждый из нас возьмет вину на себя,
|
| То на всех не хватит вины.»
|
| Плотник поставил стаканы на пол
|
| И ответил: «Да, дело — труба.
|
| Многие здесь считают жизнь шуткой,
|
| Но это не наша судьба.
|
| Лично я готов ответить за все,
|
| А мне есть за что отвечать.
|
| Но я пою, когда я строю свой город,
|
| И я не могу молчать.»
|
| Судья достал из кармана деньги
|
| И выбросил их в окно.
|
| Он сказал: «Я знаю, что это не нужно,
|
| Но все-таки — где здесь вино?
|
| Едва ли мы встретимся здесь еще раз
|
| Под этим синим плащом,
|
| И я прошу прощенья за все, что я сделал,
|
| И я хочу быть прощен!»
|
| Когда вошел контролер,
|
| Скорость перевалила за сто.
|
| Он даже не стал проверять билеты,
|
| Он лишь попросил снять пальто.
|
| В вагоне было тепло,
|
| И ночь подходила к концу,
|
| И трамвай уже шел там, где не было рельсов,
|
| Выходя напрямую к кольцу. |