| Однажды я уйду
|
| Изчезнув без следа
|
| Как черное пятно
|
| И не найдет никто
|
| Нигде и никогда
|
| Меня…
|
| Без веры, без любви
|
| Без права выбирать
|
| Посмевшая забыть
|
| Что чем труднее жить
|
| Тем легче умирать
|
| Мне имя холокост
|
| Им имя легион
|
| Они так любят смерть
|
| Им так нравится смотреть
|
| На небо и огонь…
|
| На огонь…
|
| Твое право — быть неверным
|
| Ты в ответе за себя
|
| Каждая религия диктует нам свои законы,
|
| Но не жить по их канонам
|
| Каждый вправе для себя
|
| Каждая религия считает абсолютом бога
|
| Каждому — своя дорога
|
| Ад и рай внутри тебя
|
| Каждая религия основана на чувстве страха
|
| Бойся не Христа с Аллахом
|
| Бойся самого себя…/
|
| Я и огонь
|
| Агония
|
| Встань на заре, ты видишь, как новою кровью алеет Восток?
|
| Сколько еще им нужно пролить этой крови и ради чего?
|
| В каждом окне и в каждом движении глаз они видят порок,
|
| Но нет ничего, что может быть хуже, чем вера, сожженная заживо
|
| Посмотри в их глаза, почувствуй, как собственный разум летит под откос
|
| Видишь, как их с рождения учат смотреть сквозь кривое стекло?
|
| Сводит с ума проросший корнями внутри первобытный психоз…
|
| Только скажи, ведь если все это — их вера, то что тогда зло?
|
| И кто даст ответ, когда же откроет глаза их всевидящий бог?
|
| Сколько же их, что ищут спасенье души за бессмыслицей слов?
|
| Сто тысяч лет бредет по Земле как в бреду человеческий род
|
| Тонет во лжи и молит прощенья в огне ритуальных костров…
|
| Я и огонь
|
| Агония… |