| Она торгует на рынке пирожками вразнос.
|
| Равнодушные скулы, набок свернутый нос.
|
| Ее законный муж пьяный, глупый медведь,
|
| Упер приклад в пол и потолок покрасил в медь.
|
| Сейчас у нее ухажер, сутулый как цапля,
|
| Но главное не бьет ее, когда кривой как сабля.
|
| Читает вслух стихи ей: Бродский, Мальденштам.
|
| Водит в кино и в паспорте готов поставить штамп
|
| Малой на улице сам по себе как подорожник
|
| Он не боится никого, ведь у него есть ножик
|
| Его тошнит от пирогов, он ненавидит стихи.
|
| А поп с которым он бухал, простил ему грехи
|
| Волчонок вырастит волком и будет рвать псов.
|
| Он понимает слово "боль"
|
| Не знает слово "любовь"
|
| Это не Маугли, ты смотришь на угли
|
| Это для ангелов он сжег сигнальные огни
|
| Чертит полосы, соль на щеках
|
| Треплет волосы. |
| Ветер в облаках
|
| Поют птицы , ангелы с ними
|
| Когда-нибудь мы станем другими
|
| Мать умерла и он в запой ушел по тяжкой
|
| Спирт осетинский, цыганская черняшка
|
| Внезапно трезв при памяти в своем уме
|
| Пришел в военкомат: «Хочу служить своей стране»
|
| Боялись все после отбоя ,в лесу у речки
|
| Втихую вмазывались, промедолом из аптечки
|
| Он отказался и когда их резали, ночью
|
| Поднял тревогу, автоматной очередью
|
| Чтоб не качалась лодка, надо стереть память
|
| Сейчас стабильно все, не разжигайте пламя
|
| Горели люди в танках, факелами плавился воздух
|
| Последний новый год он встретил в Грозном
|
| Волчонок вырастит волком и будет рвать псов
|
| Он понимает слово "боль"
|
| Не знает слово "любовь"
|
| Это не Маугли, ты смотришь на угли
|
| Это для ангелов горят сигнальные огни
|
| Чертит полосы, соль на щеках
|
| Треплет волосы. |
| Ветер в облаках
|
| Поют птицы, ангелы с ними
|
| Когда-нибудь мы станем другими |