| Боги прокляли спятивший Рим, город брошенных женщин и калек.
|
| Здесь глотают отравленный дым, режут лезвием вены.
|
| Здесь по праздникам ходят смотреть, как в агонии бьется человек,
|
| Как пирует свирепая смерть в желтом круге арены.
|
| Сила приносит свободу, побеждай и станешь звездой, а может обретешь покой.
|
| Припев:
|
| Твой враг в пыли, жалок и слаб, загнанный зверь, раненый раб.
|
| Еще секунда и скажет: «Убей!», перст императора.
|
| «Святой судьбе не прекословь», — воет толпа, чувствует кровь.
|
| Не стоит скорби: ни жен, ни друзей. |
| Жизнь императора — Колизей!
|
| Словно псы, что дерутся за кость, обреченные рвут друг другу плоть.
|
| В их глазах не азарт и не злость, ничего кроме боли.
|
| Ты один не сломался, не лег от ударов хранил тебя Господь.
|
| Видишь, Цезарь сошел на песок наградить тебя волей.
|
| Сила приносит свободу, побеждай и станешь звездой, а может обретешь покой.
|
| Припев:
|
| Твой враг в пыли, жалок и слаб, загнанный зверь, раненый раб.
|
| Еще секунда и скажет: «Убей!», перст императора.
|
| «Святой судьбе не прекословь», — воет толпа, чувствует кровь.
|
| Не стоит скорби: ни жен, ни друзей. |
| Жизнь императора — Колизей!
|
| Твой враг в пыли, жалок и слаб, загнанный зверь, раненый раб.
|
| Еще секунда и скажет: «Убей!», перст императора.
|
| «Святой судьбе не прекословь», — воет толпа, чувствует кровь.
|
| Не стоит скорби: ни жен, ни друзей. |
| Жизнь императора — Колизей!
|
| Помнишь, ты ведь помнишь — ты был: гордым, мудрым вождем.
|
| Помнишь, ты ведь помнишь, как вошли солдаты в твой дом.
|
| Ты встречал рассвет среди выжженных скал!
|
| Время шло, и вот, час расплаты настал!
|
| Хлеба и зрелищ народу через край!
|
| Сила приносит свободу, побеждай!
|
| Твой враг в пыли — жалок и слаб;
|
| Загнанный зверь, раненый раб —
|
| И выбил искры из серых камней меч гладиатора…
|
| «Святой судьбе не прекословь», — воет толпа, чувствует кровь.
|
| Не стоит скорби: ни жен, ни друзей. |
| Жизнь императора — Колизей!
|
| Колизей! |