| В безобразную мёртвую куклу
|
| Превратиться, устав от борьбы.
|
| Иней ляжет на чёрные угли,
|
| А на стол – карты чьей-то судьбы.
|
| Победителей нет в этой схватке,
|
| Всё пройдёт под беспечной луной,
|
| И останутся чьи-то загадки,
|
| И эпоху ведут за собой
|
| Люди из плоти и крови,
|
| Из мечты и кипящих страстей,
|
| Семенами их в землю уронят,
|
| Но дождёмся ли всхода вестей?
|
| Невозможны остановки,
|
| Кто-то целится в ребёнка,
|
| Кто-то чистым сердцем сокрушён.
|
| Мы историю писали,
|
| Воевали, умирали,
|
| Повторялся тот же мрачный сон,
|
| Повторялся тот же мрачный сон.
|
| Как упрямо кольца убеждение,
|
| Аргументы из века уж в век,
|
| Предсказуемо наше движенье,
|
| Задыхается в нём человек.
|
| Задыхается в душном пространстве,
|
| В комнатушке вселенной немой,
|
| Бредит снами иных странных странствий
|
| И мечтами о доле иной.
|
| Обрастает весны якорями,
|
| Призрак смысла устало зовёт,
|
| Отправляет Ему телеграммы,
|
| Предаёт, любодействует, лжёт.
|
| Невозможны остановки,
|
| Кто-то целится в ребёнка,
|
| Кто-то чистым сердцем сокрушён.
|
| Мы историю писали,
|
| Воевали, умирали,
|
| Повторялся тот же мрачный сон,
|
| Повторялся тот же мрачный сон.
|
| И стучимся в открытые двери,
|
| И штурмуем Святое окно,
|
| Отступаем, и пламенно верим,
|
| Верим в то, что теперь не дано.
|
| Как печальны и ветхи одежды
|
| Нам обещанных кожаных риз.
|
| Наготу укрываем надеждой
|
| И любовью, и верою в Жизнь…
|
| Невозможны остановки,
|
| Кто-то целится в ребёнка,
|
| Кто-то чистым сердцем сокрушён.
|
| Мы историю писали,
|
| Воевали, умирали,
|
| Повторялся тот же мрачный сон,
|
| Повторялся тот же мрачный сон. |