| Грязное и рваное, как бабули покрывало
|
| Давай! |
| Взлетай ракетой, по подъездам пируэты
|
| По дворам бычки кидаем, от рассвета убегаем
|
| Люди скажут — мы ужасны, звёзды крикнут — мы прекрасны
|
| Солнце тонет в отражении, битых окон, домов панельных,
|
| Но дворы не опустели, там остались наши тени, наши тени
|
| Наши тени
|
| Там остались наши тени, наши тени
|
| Наши тени
|
| Там остались наши тени
|
| Все мы тухнем, тело рухлядь,
|
| А внутри — меси, тварь, меси!
|
| Меси, тварь, меси!
|
| Меси, тварь, меси!
|
| Меси, тварь, меси!
|
| Меси, тварь, меси!
|
| Пропащее, бездарное поколение аморалов
|
| Да, мы битые бутылки, не собрать никак, простите
|
| То что любим — всё ужасно, фетиш ведь бывает разный
|
| Непонятно ну и ладно, где нет логики — так надо
|
| Вся жизнь шатка, как качели, каждый раз бьются об стены
|
| Мне не срашно, чего бояться? |
| Кто свернул, пора прощаться
|
| Наши тени, наши тени
|
| Там остались наши тени
|
| Наши тени, наши тени
|
| Там остались наши тени
|
| Все мы тухнем, тело рухлядь,
|
| А внутри — меси, тварь, меси!
|
| Меси, тварь, меси!
|
| Меси, тварь, меси!
|
| Меси, тварь, меси!
|
| Меси, тварь, меси! |