| На распутье двух дорог, между адом и раем
|
| Между богом и дьяволом, жизнь сулила тайны
|
| Он засыпал, в холодной коммуналке
|
| Советского типа, стены, впитывали силы
|
| Кому то нравилось, туманом покрытые улицы
|
| Кто-то остался здесь, кого-то кинули насильно
|
| Всё это видел он, глазами ребенка
|
| Как подкожно, въедалась двуликая злоба
|
| Прожитых людьми годами и сколько б не гадали
|
| Не фильмы на экранах, а только из реали
|
| Все это он впитал и понял, что нужно выбираться
|
| Из мест где всем наплевать, солнце вставало
|
| Только во снах, откуда эти пятна на теле?, (а)
|
| И что такое страх?, вопросы, вопросами,
|
| Но жизнь обрастала грубостью, глупостью, тупостью
|
| И шла под откос, одни имели козыри в рукавах
|
| Отличаясь достатком, косые взгляды, с глупым осадком
|
| Он терялся в этом обществе, а жить так хочется
|
| Ровняясь на большинство, стал подобием волчьим
|
| Разгоревшиеся пламя ссор с отцом, гнилые упреки
|
| Гордый, за то что сильней, дорога в аэропорт
|
| Уйма длинных платформ, перед глазами дом
|
| И душевный стон и, видимо мир уже не тот
|
| Наивно полагает что, достигнешь самих высот,
|
| Но порой, простая истина, чистая словно хрусталь
|
| Сложит механизм в целую деталь
|
| Видимо, мир, уже не тот, наивно полагает что
|
| Достигнешь самих высот, но порой
|
| Простая истина, чистая словно хрусталь
|
| Сложит механизм в целую деталь
|
| И видимо, мир, уже не тот, наивно полагает что
|
| Достигнешь самих высот, но порой
|
| Простая истина, чистая словно хрусталь
|
| Сложит механизм в целую деталь
|
| Истина неистова, но он вопреки продолжал
|
| Не продавая душу, стальной держать оскал
|
| Город молчал и по ночам белым рыдал
|
| Кидаясь градом в стужу, изнутри нутро обогревал
|
| И не было преданных вовсе, только те кто предавал
|
| В пелене таинства, time веял пороки сердцам
|
| Его вакцина храм, не преступный по шагам
|
| Сосед соседским ушам, что-то про него шептал,
|
| А он идя с искусством был преданный холстам
|
| Желал делится светом там, с миром и сам
|
| Готов был каждому быть братом, получая по кистям
|
| Протягивая слабым их, людей любя не предавал
|
| Сытый грязным миром был, но рукава не опускал
|
| Плохое отпускал и знал угодно так богам
|
| На благо колдовал, боясь горения, ведь там
|
| Нет конца мучениям и, море соли по щекам
|
| Он все отлично понимал и оставлял день неизменным
|
| Дело имея с куренем, с ладаном и предпочтением
|
| В омуте зла бесконечном, оставаться человечным
|
| Лежа над полом ледяным, под пледом клетчатым
|
| (наши знания превратили нас в циников)
|
| Видимо, мир, уже не тот, наивно полагает что
|
| Достигнешь самих высот, но порой
|
| Простая истина, чистая словно хрусталь
|
| Сложит механизм в целую деталь
|
| И видимо, мир, уже не тот, наивно полагает что
|
| Достигнешь самих высот, но порой
|
| Простая истина, чистая словно хрусталь
|
| Сложит механизм в целую деталь |