| В этом стоге столько потерянных игл.
|
| Мир существует по правилам настольных игр
|
| Жестоких; |
| я пустоту хотел бы взять за эпиграф.
|
| Да только, не будет понят он многим, невидимы строки
|
| Живущим в остроге собственных дум.
|
| В одно и то же время землю посещать не дано подобным двум.
|
| Их мысли необъятны, дела неповторимы.
|
| Они уходят рано, унося тайны в могилы.
|
| Где гении? |
| Так много воска растаяло.
|
| Как не стало последнего, кто бы небо заставил
|
| Хотя бы пару звёзд вернуть обратно в эту бездну.
|
| Небеса молчат, всё так же пусто свято место.
|
| Всё те же ветхие и пыльные плиты надгробий.
|
| Всё тот же скромный букет, возложенный теми, кто помнит.
|
| Всё те скорбные дважды в год даты, всё те же цитаты
|
| Любимых строк из стихов, и так с утра до заката.
|
| Король умер, да здравствует король отныне.
|
| Имя, пережившее века, нас сделало другими.
|
| Несущим истину, per aspera ad astra,
|
| Золотые обелиски, вечное царство.
|
| Можешь найти в радости или в тоске меня.
|
| В оболочке дурака или гения.
|
| Если же вдруг обнаружишь меня во снах,
|
| То знай, что я — это твоё настроение. |
| Ты можешь найти в радости или в тоске меня.
|
| В оболочке дурака или гения.
|
| Если же вдруг обнаружишь меня во снах,
|
| То знай, что я — это твоё настроение.
|
| Время всё равно на свет порождает нового гения,
|
| Дауна, аута, шизофреника.
|
| Кого-нибудь, кто понял бы мир этот по-своему.
|
| Но мир людей выносит один вердикт — душевно больной.
|
| Ведь эта толпа привыкла в голос в один твердить громко.
|
| Сильных не простив, колет иголками.
|
| Почва под ногами — лезвие довольно тонкое.
|
| Чей-то шаг в сторону, чей-то единственный шаг.
|
| Свой единственный шанс зажав в зубах,
|
| Новый гений пишет письмо небесам.
|
| И девять из девяти раз небо просит переписать всё заново.
|
| Всё та же картина, всё та же вода из-под крана.
|
| Символ вечной сакраментальности дней от обыденности.
|
| Под силу жизнь убить в нас вполне внутри.
|
| Владельцу фальшивых чувств нет места жалости.
|
| Ну, по-другому было бы всё ведь наверно,
|
| Если бы были внутри не пыль и песок, а всего-навсего сердце.
|
| Казалось бы, просто чьё-то новое хобби.
|
| Кровь расходится по зарослям вен
|
| Так же, как и мы по земле миллиардами копий. |
| Можешь найти в радости или в тоске меня.
|
| В оболочке дурака или гения.
|
| Если же вдруг обнаружишь меня во снах,
|
| То знай, что я — это твоё настроение.
|
| Ты можешь найти в радости или в тоске меня.
|
| В оболочке дурака или гения.
|
| Если же вдруг обнаружишь меня во снах,
|
| То знай, что я — это твоё настроение.
|
| Ему одиноко немного и эти окна, выйти бы в них
|
| Хотя быть на пару шагов, ну, быть выше других.
|
| Выше умов, выше тех мимикой мысли о быте.
|
| Великий народ, но слышишь гения — не велики мы.
|
| Будем пить эти главы из книг, как бы ни стих.
|
| Это так донести, тактами в бит слово сулит.
|
| Блик в памяти, снова блик, слогом колют тысячи пик.
|
| Мысль будто вмиг рвут, сквозь зубы шипит.
|
| Глоком, квадратами строк, в машине, дома, в бистро.
|
| Словно сломано всё там, ненастроенный мозг.
|
| Но для него возможно видимо то,
|
| Что многим невидимо, это неудивительно.
|
| Где гений, где ты? |
| Дай детям хлеб, людям мир,
|
| Или вечную жизнь, пусть в этом котле кипит.
|
| Где гений, где ты? |
| Дай свет в ночи слепым,
|
| Пусть видят вечность, ведь тут её корень — ты. |