| Окутанное тайнами сердце болит
|
| В плену, раненного зверя в крови
|
| Веду к тебе, чтобы с тобой поговорить,
|
| Но тут великанами съедены все огни
|
| Окутанное тайнами сердце болит
|
| В плену, раненного зверя в крови
|
| Веду к тебе, чтобы с тобой поговорить,
|
| Но тут великанами съедены все огни
|
| В бреду родиться, ясно, запах корицы
|
| В переносице, оставит мне хранитель язву
|
| Красивый ястреб утонул в провинциальных сказках
|
| Я слышал трупный запах, когда целовал опасность
|
| В растерянных лицах не увидим свет
|
| Завалили бы стрелами в голову, теперь там мыслей нет
|
| Переговорим, когда нам на руки псалма положат смерть
|
| Снова караванами бежим от трезвости, ведь истина в вине
|
| Холодный меф, добротный чилл
|
| Хороший чилл, мертвый тип
|
| Покой войны сломает гнев
|
| Добрый великан, добрый, но не здесь
|
| Я хочу, чтоб ты травил мою душу этими ядами
|
| Оставил меня жить на колесе, посреди ярмарки
|
| Что правда мне сломала жизнь, броском из пушки ядрами
|
| Если я виноват, то прекрати меня оправдывать, слышь
|
| Окутанное тайнами сердце болит
|
| В плену, раненного зверя в крови
|
| Веду к тебе, чтобы с тобой поговорить,
|
| Но тут великанами съедены все огни
|
| Окутанное тайнами сердце болит
|
| В плену, раненного зверя в крови
|
| Веду к тебе, чтобы с тобой поговорить,
|
| Но тут великанами съедены все огни
|
| Хочу пересчитать самок в хате
|
| Искусственный интеллект доставил смерть на самокате
|
| Запах прогнивших досок, занят, но слышу, кто здесь
|
| Завтра распилят кости, так дай мне залипнуть в космос
|
| Я нигде, я ни с кем
|
| Сажаю вот на вертолетом на иксе
|
| Чтобы увидеть свет, чтобы услышать смех
|
| Чтобы родиться снова в искалеченной судьбе
|
| В растерянных лицах не увидим свет
|
| Завалили бы стрелами в голову, теперь там мыслей нет
|
| Переговорим, когда нам на руки псалма положат смерть
|
| Снова караванами бежим от трезвости, ведь истина в вине
|
| Мои грехи освещают два фонаря
|
| Под этими тучами Богу заметить нас тут — не вариант
|
| Правда живет осадком спирта в коммунальных стопарях
|
| Я снова хочу соврать тебе, по правде говоря, слышь
|
| Окутанное тайнами сердце болит
|
| В плену, раненного зверя в крови
|
| Веду к тебе, чтобы с тобой поговорить,
|
| Но тут великанами съедены все огни
|
| Окутанное тайнами сердце болит
|
| В плену, раненного зверя в крови
|
| Веду к тебе, чтобы с тобой поговорить,
|
| Но тут великанами съедены все огни |