| Ах, колокольчик под дугой,
|
| Ты, правда, крошечный такой,
|
| Но где-то спрятана в тебе
|
| Большого колокола грусть,
|
| И звоном душу мужика
|
| Ты выражала все века
|
| От колокольчика до колокола, Русь.
|
| Когда звонят колокола,
|
| Роса особенно светла
|
| И васильки чуть привстают,
|
| Как очи синие лугов.
|
| Благословляет этот звон
|
| Героев павших вечный сон,
|
| Благословляет детский смех
|
| И чью-то первую любовь.
|
| Когда звонят колокола,
|
| Они звонят не помня зла.
|
| Но, каждый колокол внутри,
|
| Он затаен, но не забыл,
|
| Что они были бунтари
|
| Что их плетьми секли цари
|
| И, вырывая языки,
|
| Везли их стражники в Сибирь.
|
| Когда звонят колокола,
|
| То просыпается зола
|
| Врагом сожженных деревень
|
| На распроклятой той войне,
|
| И в каждом колоколе скрыт
|
| Набат, который чутко спит,
|
| И в каждом русском скрыт набат,
|
| И в каждом русском скрыт набат,
|
| Пусть где-то в самой глубине.
|
| Когда звонят колокола,
|
| Им даль бескрайняя мала,
|
| И птицы медные летят
|
| И по полям и по лесам,
|
| И ты, смиряя в сердце дрожь,
|
| Глаза закроешь и плывешь
|
| По зазвеневшим небесам,
|
| Ну, а куда – не знаешь сам. |