| Километры безмолвных тоннелей под огромным количеством снега
|
| Освещенных чужим одобрением, в углу одного из кабинетов
|
| В тяжеленном титановом сейфе, а внутри — бесконечная пропасть
|
| На самом дне её крохотный ящик, вот именно там и лежит моя гордость
|
| И ты снова заберешь часть меня с собой, я б не смог так играть с огнем
|
| Разве это не безумие — собирать части паззла, что сам сотворил, проливая кровь?
|
| Тут, за акрами счастья среди ста печальных историй
|
| В океане лжи и предательств, вот именно там и найдешь мою совесть
|
| По капиллярам и венам наивно шагая в попытках найти что-то важное
|
| Нечто вмещающее все отрывки из сновидений темных до безобразия
|
| Каждый порок, миллионы недосказанных слов, и глубины черного детства
|
| Ну вот ты здесь, и что теперь? |
| Что? |
| Ты думала, тут лежит мое сердце?
|
| Тут лежит мое сердце?
|
| Раздели меня на куски, изучай меня по частям
|
| Загляни в мой крохотный мир, и прочти меня до конца
|
| Разбери меня от и до, но всего тебе не найти
|
| Вспомни, что похоже на боль и раздели меня на куски
|
| Столько попыток впустую потерянных, тут ни найти тебе ничего светлого
|
| На пустынной лунной поверхности, титанической злобой растерзанной
|
| Поиск свернется раньше, чем хочется, руки опустятся, ничего нового
|
| Ткни наугад и окажешься среди руин глубоко затонувшего города
|
| В котором пусто, туман, тебе ничего не видно, сгустки добра ты без устали ищешь,
|
| Но трудно насытиться пустотой и только это не дает взять и остановиться
|
| Стаканы дешевого пойла в количестве N сохраняют огонь внутри
|
| Хрупкого тела, а как же еще ему вытерпеть томные взгляды покойника, а?
|
| Это самый безумный самообман
|
| На пути от горячих объятий до мертвого холода
|
| Даты исчерпаны, нечего вспоминать
|
| К вечеру обязательно и ты будешь разобрана
|
| Раздели меня на куски, изучай меня по частям
|
| Загляни в мой крохотный мир, и прочти меня до конца
|
| Разбери меня от и до, но всего тебе не найти
|
| Вспомни, что похоже на боль и раздели меня на куски |