| Аве, Цезарь, друг сердечный,
|
| Ну заходи, давно заждались.
|
| Нет, не поздно... Да, конечно,
|
| Не развязывай сандалий.
|
| Брось ты эту табуретку.
|
| Эй, принесите гостю кресло!
|
| Он у нас бывает редко,
|
| Так пускай понежит чресла.
|
| Пей, замерз ты как собака.
|
| Угощайся. |
| А, не курим.
|
| Ей вы там, кончайте плакать,
|
| Мы потом добалагурим.
|
| Тут у нас такие гости -
|
| Украшение компаний.
|
| Что, не спится на погосте?
|
| Или плохо закопали?
|
| Или совесть беспокоит,
|
| Иль соседи-кровопийцы,
|
| Или что-нибудь такое,
|
| Что забыли летописцы?
|
| Или, может, не забыли?
|
| Да, писать про это тошно!
|
| Знать за это и убили -
|
| Император не святоша.
|
| Без убийства он не может
|
| Удержатся на маршруте.
|
| А в тоске, на смертном ложе,
|
| Ты мечтал о Марке Бруте?!
|
| Да, мечтал, а вышел кукиш
|
| Эпитафией на прах мой.
|
| Милосердия не купишь,
|
| Не измеришь тетрадрахмой.
|
| Милосердие для слабых,
|
| Сильным - яду из флакона.
|
| Мне бы слабость, я тогда бы
|
| Не стоял у Рубикона.
|
| Так почему же, боже правый,
|
| Ты играл со мною в прятки?!
|
| Почему не дал отравы?!
|
| Тише, Цезарь, все в порядке…
|
| Ты у нас душа святая,
|
| Ты борец не за награды.
|
| Что, пора уже? |
| Светает?
|
| Ну, заходи, мы будем рады... |