| Всю весну и три дня лета твоего он ждал ответа, выходи, не пожалеешь.
|
| И решиться так непросто разделить свободный остров даже с тем, в кого так веришь,
|
| Но все сомнения рвутся с треском золотым на пальце блеском.
|
| Белое платье, белая фата в объятиях нежных и страстных кружится голова.
|
| Сердцу такой родной теперь он будет всегда с тобой.
|
| Белое платье, белая фата в объятиях слез и улыбок будете навсегда.
|
| В сердце поставь печать и можно горько кричать.
|
| Пролистав журналов глянец в сердце бьется первый танец, может, не моя дорога.
|
| Лимузины и примерки, свадебные бутоньерки подождут ещё немного,
|
| Но все сомненья рвутся с треском золотым на пальце блеском.
|
| Белое платье, белая фата в объятиях нежных и страстных кружится голова.
|
| Сердцу такой родной теперь он будет всегда с тобой.
|
| Белое платье, белая фата в объятиях слез и улыбок будете навсегда.
|
| В сердце поставь печать и можно горько кричать.
|
| Белое платье, белое платье, белое платье...
|
| Белое платье, белая фата в объятиях нежных и страстных кружится голова.
|
| Сердцу такой родной теперь он будет всегда с тобой.
|
| Белое платье, белая фата в объятиях слез и улыбок будете навсегда.
|
| В сердце поставь печать и можно горько кричать. |