| Я заболел, и болезни этой нет имени
|
| Режим «Карантин» гостей меньше, чем в Припяти
|
| Осложнения дают телефонные звонки,
|
| Вдобавок воспаляют нарыв дверные стуки
|
| Оставьте меня, не беспокойте боле,
|
| Вроде ясно же дал понять, что я болен
|
| Нет желания изливать перед смертью душу,
|
| Любые ваши визиты подобны удушью
|
| Стал совсем затворником я по сути,
|
| Утопаю в мыслях и грязной посуде
|
| Потрепанная тетрадь, старый карандаш —
|
| Мои союзники на век, они же патронташ
|
| Фото знакомых, в альбоме обведённые сажей,
|
| Ныне серые слайды безликих персонажей
|
| Кто говорил, что он братан, но тот братан пропащий,
|
| Лицемер и обманщик, ложью пропахший
|
| Мир увяз в дерьме по самые уши,
|
| И каждый день огонь души пошагово тушит
|
| Лишь единицы избегают встречи с концом,
|
| А большинству не западло его коснуться лицом
|
| Между нами так много незримых отличий,
|
| Реже вижу людей, нежели их обличье
|
| Носители розовых линз ваше зрение криво,
|
| Где вы видите ангела, я вишу хвост и гриву
|
| Каждый второй норовит плюнуть поэту в душу
|
| Толпа глупцов может судить, при этом не послушав
|
| Куда не плюнь везде знатоки, эстеты
|
| Полил говно шоколадом, и вы готовы есть это
|
| Прикройте рты господа, из них воняет жутко
|
| Толпа рвёт животы, но это не шутка
|
| Незнайка тулит совет свой, да больно так шибко
|
| Мнит себя знатоком тот, кто умом обсчитан
|
| Среди таких я не местный и, может, не к месту
|
| Здесь грязно, мерзко и больше нет мест тут
|
| Одиночеству добровольно сдался в плен маэстро
|
| Под аккомпанемент городского оркестра
|
| И как только на землю опустится ночь,
|
| Я на всех парах бегу ото сна прочь
|
| Подальше от людей и несметных витрин
|
| Мне лучше там, где я совсем один
|
| Среди города безликих стен
|
| Я опять угодил в капкан
|
| Разменяв свободу на плен,
|
| Спрятав ключ от неё в карман
|
| Среди города безликих стен
|
| Я опять угодил в капкан
|
| Разменяв свободу на плен,
|
| Спрятав ключ от неё в карман |