| Она кричала, она рыдала, а мы методично
|
| Все добивали ее ногами и в ответ цинично
|
| Улыбаясь на ее мольбы в покое оставить,
|
| Продолжали думать головой, а не сердцами.
|
| Сыпали в её адрес
|
| Мы угрозы, но слышала уже вряд ли
|
| Мы ненавидим её за то, что она между нами
|
| Встала став для нас только болью общей и проклятьем.
|
| Я её держал, а ты била
|
| Она билась в конвульсиях, пока не умерла
|
| Контрольный в голову — её никто не оплакивал
|
| Я выкопал могилу, а ты давай закапывай.
|
| Припев:
|
| Люба, прости за то, что ты на небесах
|
| Прости за то, что кровь твоя на наших с ней руках
|
| Никто не осудит никого за это убийство
|
| Мы сделали все чисто…
|
| Люба, прости за то, что ты на небесах
|
| Прости за то, что кровь твоя на наших с ней руках
|
| Никто не осудит никого за это убийство
|
| Мы сделали все чисто…
|
| Нас не осудят по 105-ой, части 2-ой
|
| Нас за это никаких наград не удостоят,
|
| Но у её могилы, на изголовьи стоя
|
| освободились… наш с тобою долг исполнен…
|
| Мы свободны…
|
| Но в преисподней, знай, уготовлен уже котел нам, мы не готовы
|
| Были терпеть Любу между мной и тобой
|
| И решились на убийство: любой ценой.
|
| Не быть рабами чувств — разумны чересчур
|
| Пропадет Любава, если попадет Амур
|
| Контрольный в голову — её никто не оплакивал
|
| Я выкопал могилу, а ты давай закапывай.
|
| Припев:
|
| Люба, прости за то, что ты на небесах
|
| Прости за то, что кровь твоя на наших с ней руках
|
| Никто не осудит никого за это убийство
|
| Мы сделали все чисто…
|
| Люба, прости за то, что ты на небесах
|
| Прости за то, что кровь твоя на наших с ней руках
|
| Никто не осудит никого за это убийство
|
| Мы сделали все чисто… |