| Жизнь подошла ко мне нелегкою походкою, взяла за ручку и сказала: «Ну, пойдем».
|
| А через час поила меня водкою и завладела моим сердцем, как рублем.
|
| А через час поила меня водкою и завладела моим сердцем, как рублем.
|
| Нас было шестеро фартовых ребятишек, все были жулики, все были шулера.
|
| А пятерых прибило пулькой к стенке, меня ж отправили надолго в лагеря.
|
| А пятерых прибило пулькой к стенке, меня ж отправили надолго в лагеря.
|
| И вот теперь сижу я и, как л*рва, припухаю, на голых нарах и пайке — триста
|
| грамм.
|
| И все о том, о том все вспоминаю, такая жизнь дается лишь ворам.
|
| И все о том, о том все вспоминаю, такая жизнь дается лишь ворам.
|
| Костюмчик серенький и прохоря со скрипом я на бушлат тюремный променял.
|
| За эти десять лет немало горя мыкал и не один на мне волосик полинял.
|
| И все о том, о том все вспоминаю, такая жизнь дается лишь ворам.
|
| Куда ж деваться-то пострелу удалому? |
| Когда нагонят? |
| Ни кола, и ни двора…
|
| , а на «малинах» поджидают «мусора».
|
| Опять пойдешь по делу воровскому, а на «малинах» поджидают «мусора».
|
| Жизнь подошла ко мне нелегкою походкою, взяла за ручку и сказала: «Ну, пойдем».
|
| А через час поила меня водкою и завладела моим сердцем, как рублем.
|
| А через час поила меня водкою и завладела моим сердцем, как рублем. |