| Ветер падет на прокуренный снег,
|
| И взгляд превратит воду в огонь.
|
| Где мы просочимся
|
| В воронки столиц
|
| И разбросаем усталые руки
|
| На черных перинах ночей.
|
| Но что мы сможем понять?
|
| Но что мы сможем сказать
|
| О городах, о городах,
|
| Где после дождя дымится асфальт?
|
| Зажмурив глаза и замкнув на замок,
|
| В отрезок ужав единицу пространства,
|
| Пустые пропасти ртов,
|
| Что пахнут могилой
|
| За лживой оградой
|
| Акрополей наших отцов.
|
| Но что мы сможем понять?
|
| Но что мы сможем сказать
|
| О городах, о городах,
|
| Где после дождя дымится асфальт?
|
| Меня видели вчера, танцующим степ,
|
| На раскаленной игле.
|
| Я зарезан на рейде в районе Борнео
|
| В пьяной драке на корабле.
|
| Я тот человек, кто получал
|
| Заздравную чащу из рук палача.
|
| Я выпускал электрический ток
|
| Одним поворотом стального ключа
|
| В города,
|
| Где после дождя дымится асфальт.
|
| Где взгляд, как приказ
|
| Для начала движенья.
|
| А бритва является символом веры.
|
| А точка отсчета вселенной —
|
| Всего лишь бумага и формула букв.
|
| Я встретил вчера старика —
|
| Он умел глотать огонь.
|
| Он умел предсказывать судьбу.
|
| Но он ничего не знал,
|
| Но он ничего не знал
|
| О городах, о городах, о городах,
|
| Где после дождя дымится асфальт. |