| Когда из всех историй, что есть на свете,
|
| Умрут злодеи.
|
| Родятся дети с прозрачной кожей, единым телом,
|
| Весь мир считая своим личным делом.
|
| Слова исчезнут — не нужно это.
|
| Сейчас же надпись в туалете.
|
| Я продал все за мир в тех красках,
|
| В них отблеск был любви и сказки большой
|
| Для будущих народов.
|
| Как больно осознать уродом себя,
|
| С трудом глотая годы
|
| В несовершенстве искать свободы!
|
| Куда стремится моя манада?
|
| Из тела в тело — мне знать не надо.
|
| Что лестницы ступенька знает
|
| О том, как ветер вверху гуляет?
|
| Как солнце греет цветные крыши?
|
| Заплевана ступенька…
|
| Выше прыгнуть трудно чужих советов.
|
| Зачем ты вышиб двери в лето?
|
| Тебя туда пускать устали.
|
| Верните нам всё, что мы у себя украли!
|
| Погасла лампа, спираль сгорела,
|
| На свет которой ты летела.
|
| Какие цели? |
| Какого света?
|
| Умрут злодеи — родятся дети.
|
| Какие цели? |
| Какого света?
|
| Умрут злодеи — родятся дети.
|
| Но не ответят на все морщины,
|
| Как рвались рельсы и гнулись спины.
|
| И войн дух, дым революций —
|
| Лишь уголь в топках эволюций?
|
| Меня одно сейчас лишь греет:
|
| Родятся те, кто узнать успеют
|
| Другие цели другого света.
|
| Умрут злодеи — родятся дети. |