| Хорошо, что у нас есть еще ночь,
|
| Но собаки не спят, не различить погон
|
| По городу катит серый фургон,
|
| Но я оденусь в черное — меня хрен возьмешь
|
| И счастье в том, чтобы иметь кусок хлеба
|
| И не менять своих убеждений,
|
| Но это небо останется небом,
|
| А там работают без рассуждений
|
| И верить только разбитому магу,
|
| Но, дорогая, ты не в Чикаго
|
| А мы идем, но хватит ли слез.
|
| А мы поем за деньги для люда.
|
| И каждому Пилату нужен Христос.
|
| Но кто уверен, что я не Иуда?
|
| И опять какой-то дурак
|
| Рассуждает о нашей изгойе.
|
| А на кухне все тот же бардак
|
| И папиросы-дерьмо и чай как помои.
|
| И верить только разбитому магу,
|
| Не понимая, что такое Чикаго
|
| Хорошо, что у меня есть еще блюз
|
| Твоя любовь и немного вина
|
| Одиночество то, чего я так боюсь
|
| Доброе утро, родная страна,
|
| А мы поем, но кончится блюз
|
| И ночь, когда не вечная полночь,
|
| А на флагштоке распятый Иисус
|
| И рядом хохочет какая-то сволочь
|
| И верить только разбитому магу,
|
| Предчувствуя, что никогда, никогда |